В порыве живом - рождении, проскакав множество верст по путям наземным. Пройдя множество дорог по путям мысленным. Паки и паки закаляя свое не телесное. Подгоняя работу органа человеческого мозгом и именуемого под свое желаемое, под хочушку и надобности. И быть тебе серое вещество мое таким как я хочу. И работать тебе так и туда где мне интересно. И чтобы ты мне не выдал, измеряя своей единственной линейкой логики, я буду это воспринимать так, как считаю нужным. Орган ты мой серенький и никуда ты от этого не денешься!

Я вот думал (долгое время уже), почему в любви признаются, как в слабости или еще в чем... А ведь это практически так и есть. :о) И потом, на сколько это признание другому, нежели себе... :о)

По любви
По душевным приливам
По желанию
По сердечным страхам

Признания
В душевной открытости
В уязвимости
В богатстве чувств

Вызываемые
Твоими глазами твоим голосом
Признание
В любви к тебе.

Признавший
Томимый страхом
Признавший
Уязвимость свою.

Образы слов бродят в потемках смыслов. Манекены желаний (сами не двигаются, одевай их, обувай, позу им придавай, иной раз просто марионетки) танцуют с чувствами (какие под руку попадутся). Танцуют польку. Танцуют мазурку. Танцуют вальс. И танец на бис – танго. «Танго! И сердце рвется из груди!»… (с)
А тем временем в потемках души бродят образы снов, переплетаясь с мечтами и танцуя на струнах душевной арфы. Есть и другие игроки на этой арфе. Рыцарь двуликий. Имя ему Страх. «Когда-то этот рыцарь неудачно пошутил…» (с) Старец высокий «...один глаз черный, другой карий…» (с) Имя ему Боль. Имя ему опыт. Имя ему знание. Имя ему радость. Разный старик. Его настоящее и полное имя «Ожидание». Все они сами танцуют и сами музыку для танца танцем извлекают. Или не сами, те самые марионетки. Вопрос метафизический, а потому риторический.
Играет музыка, тренькают струны. Звучит музыка. Тихая или громкая, красивая или не очень. Разная, очень разная. Играет… лишь бы играла… И родится зверь и имя ему Вера (не давайте стереотипам питаться собственным пониманием. вера в бога? и это тоже, частный случай). Зверек, кутенок. Маленький спервоначалу. Умереть может от чиха комариного. Но живой, растущий, изменяющийся. Питается разным, питается много и постоянно. Прожорлив. Питается вкусностями, красивостями, мечтами, желаниями, красотой, болью, опытом, ощущениями… (танцующие на арфе извлекают свою музыку не зря) И вырастает зверь, становится большим (слон), мощным (дракон), быстрым (гепард), летающим (чайка), ловким (обезьяна), острый нюх (собака)… играй свою музыку, играй! Питай своего зверя. Расти. Потому что путь жизни пролегает через страну надежды. В этой стране основным спутником и самой большой поддержкой будет твой зверь – Вера. И потому что в этой стране повстречается Любовь. Или осознается Любовь. Или примется Любовь. Или найдется в себе Любовь. Зверь приведет к ней.
Испытание. Награда. Цель. Чувство. Поддержка. Ноша. Удовольствие. Желание. Страх. Боль… Играющие на арфе или составляющие душевной арфы. Или… :о)

Кусок. В смысле отрывок несущий. В смысле несуществующий от не существенного. :о)

Пожужуй на лапчатой треноге, прошептал поверх позывов ветра, заглушая смехом шепоты стенанья, прокричал он все же вызов пожужуй невесте.
Та не растерялась - было сухо. Убирая многчатые складки, потрясая пятым подбородком, грозно раздувая ноздри указала на охвостье пожужуйских ратей.
Рати те были побиты молью, вид имели мятый и не складный. Вырывались они молча из контекста, мягко стеля соломою пролежни.
Ветер заскрипел эмалию зубовной, кариесом страшно потрясая, смехом было занялся потугим, но закашлял - задавила жаба.
Тут пришел черед смеяться пожужйской даме. Не стесняясь прелых барадавок, раскатала темными очами все потуги быть героем паче.
Но опять взбрыкнулась гордость на треноге. Побрыкаться быть она горазда. Тишина была ее уделом. А когда заденешь - напевать погосту время вышло. Стало время, стало быть, брыкаться.
Забрыкала затреножных конЕй. Вопросила извеЧнишым вопросом - а по что бывает плохо люду, нашумевшему на горе Позань.

Есть одна книга про Вторую Мировою войну. Вообще то книг про войну множество. Эта из свежих, недавно вышедших.

Бивор Энтони
Падение Берлина. 1945
Здесь можно почитать на русском. Хотя мне уже сказали, что перевод отвратительный. http://militera.lib.ru/research/beevor2/index.html

Вопрос такой, хотя скорее просьба. Если читали, поделитесь впечатлениями, пожалуйста.

Андрей Андрианов

Кто они?
"Ежи и Петруччо - кто они?
Прежде всего, это имена.
Они такие же имена как "вода", "камень", "закон".
Истории о них повторяют вечный жанр "рассказов у костра".
По прошествии двух тысяч лет мы,
в сущности, продолжаем сидеть у того же костра,
хотя научились добывать воду из крана и
электричество из розетки.
Основные имена не подвержены изменениям.
Звуки и имена порождают друг друга и вновь
уходят в тишину.
Мы просто нашли путь в свой "внутренний Артек"
и продолжаем идти налегке, не теряя из вида друг друга..."

Революция
Ежи был шаман...
а Петруччо революционер
а Ежи был просто шаман...
Ежи шаманил
а Петруччо сидел в тюрьме...
он сидел долго, его не выпустили
Ежи выпустили...
однажды, Ежи купил бубен
бубен был хороший, большой...
а Ежи маленький...
Ежи был маленький, а бубен большой...
Ежи пошел в тюрьму
видит: Петруччо...
Ежи пришел в тюрьму, а там Петруччо...
тут Ежи стал шаманить...
Петруччо не понравилось...
пока он бил в бубен, Петруччо произвел революцию...
а Ежи был просто шаман, ему было тяжело шаманить
за это не платят денег...
а Петруччо - платят
Петруччо сел в тюрьму и получил деньги
но тюрьма была большая, а Петруччо маленький...
Петруччо был маленький...
в этой большой тюрьме был один маленький Петруччо
больше никого не было...
один маленький Петруччо на всю большую тюрьму...
- революция!
кричал Петруччо, но его не слышал никто
только эхо его слышало...
а Ежи?
Ежи прыгнул с бубном и улетел
прыгнул с бубном и улетел...
когда-то Ежи тоже был революционером, но бросил...
Ежи бросил курить
пить
говорить
смотреть
чувствовать
думать
падать
ходить
он бросил даже бубен
и улетел...
а Петруччо не знал...
Петруччо занял телеграф, и не знал об этом...
Петруччо не мог понять, зачем он занял его
пока ему не сказал Ежи...
Ежи пришел и дал телеграмму:
- какого... ты телеграф занял?
а Петруччо не знает...
выгнал его Ежи с телеграфа
ну, на этом и закончилось...
а дальше?
а дальше лес...
река
поле...
поместье было там...
Ежи был помещик, а Петруччо - батрак.
Петруччо пахал, долго
сеял...
крестьяне любили Петруччо
бывало, выйдут в поле и кричат:
- Петруччо, дай нам хлеба!
а Петруччо пашет, молчит...
стал красный...
столько силы у него было... что Петруччо стал красный
а Ежи - белый...
и вот Петруччо был красный, а Ежи - белый...
они не знали, как делить землю
Петруччо пахал, а Ежи смотрел...
потом война была...
крестьяне не любили Ежи, а Петруччо любили
но Ежи все равно победил...
почему?

Простота
Как-то раз Петруччо гулял по лесу
видит, стоит Ежи...
ну, он спрашивает:
- чего стоишь?
а Ежи говорит:
- я жду своего отца...
тут Петруччо засмеялся и говорит:
- ты что, у тебя же нет отца
твой отец утонул в реке.
Ежи разозлился и убил Петруччо.
Петруччо умер
нет больше Петруччо...
но и Ежи нет
нет Петруччо - нет Ежи
осталась одна Мать...
решила Мать родить новых Ежи и Петруччо
и это ей удалось
на то она и Мать
вот новый Ежи, и новый Петруччо
они такие же, как старый Ежи и старый Петруччо.
Мать у них одна, а отцы разные...
в чем тут закон?
неизвестно...
каждый, кто задумался над этим вопросом, обречен
на неудачу...
потому что этот вопрос - сложный вопрос...
а Ежи и Петруччо они простые.

Памятник
Ежи решил памятник себе ставить...
потом, решил памятник ставить...
памятник большой
но некрасивый...
некрасивый был памятник
тяжелый.

Череда
Ежи быстро устарел...
когда его нашли, он был уже совсем старый
так и не смогли определить его возраст...
пытались считать кольца
смотрели и так и сяк
а всё не определяется...
у Ежи было много колец
пришлось усреднить число
что-то поделили, что-то сложили
получилось, что Ежи прожил на свете больше, чем ему было положено
а положено ему было много...
говорят, Ежи был старожилом
устраивал заплывы, когда был потоп...
переходил пустыни
сворачивал горы
в общем, славно поработал...
Петруччо ничего об этом не знал
Петруччо вообще был наивен
ничего не знал о происходящем...
Петруччо ничего не знал о происходящем
если это его не касалось, он вообще в подробности не вдавался...
Петруччо вообще не вдавался в подробности
такая у него была жизнь...
а возраст Ежи так и не определили
видно, у него не было возраста
нечего было и определять...
Ежи вообще был беспредельным
а Петруччо ограничен...
Петруччо часто закусывал удила и бросался, куда ни попадя
люди относили это за счет его...
люди относили это и складывали...
относили куда-то и складывали
в общем, не обращали внимания...
всё-таки, Петруччо - свой парень, а Ежи - чужой
Ежи никогда так и не стал своим
никто его не принимал
Ежи был чужим
в конце концов, его отправили на другую планету
чтобы он там окончательно очужачился...
в конце концов, его отправили на другую планету
чтобы он там свободно отчуждался
но памятник всё-таки остался
неизвестному Чужаку Ежи
или чудаку - надпись была неразборчивой.
Петруччо хотел найти Ежи, но его не пустили
сказали, рано тебе ещё в космос, ты ещё маленький
с тех пор Петруччо всё старался подрасти...
с тех пор Петруччо стал как-то невесел
отравлял всем существование...
пришлось вернуть Ежи, на землю
Ежи вернулся на землю и сразу приступил к делам
стал печатать, кроить, городить, строить, укомплектовывать
в общем, всё пошло своим чередом
что и следовало доказать...
в общем, всё вернулось на круги своя
и особенно Петруччо...
особенно Петруччо вернулся на круги
хотя у него был свой, особый круг.

Спор
Один раз Ежи сказал черное слово...
а Петруччо белое...
эти два слова встретились
где-то между Ежи и Петруччо
они долго боролись
а потом, превратились в какие-то серые слова
которые покрыли и Ежи и Петруччо
с головой, точно море...
или каша рисовая...
с бататом.

Слово – кисть воображения. Что хочешь можно нарисовать. Словом, жонглируя смыслами, рисуешь картинки собственного воображения. Можно набросать темноты и пустив тонкий лучик фонарика ползать по вырисовывающимся силуэтам и бликам смыслов. Можно ослепить светом и суля тень, вести по известному только тебе пути. Можно заинтересовать тайной и обещая раскрытие привести мысли к открытиям в собственном мире. Можно попытаться нарисовать реальность. Ту реальность, которую видишь каждый день, которую успеваешь заметить краешком глаза и даже ту которую только предполагаешь. С упором на железобетонную логику доказать самому себе, что факты упрямая вещь, что дважды два – четыре. И быть уверенным, ибо есть основания, есть опора, есть гарант. Или поисками нагрузить себя и поисками же и быть счастливым. Или не быть, придумав слово «смысл» и нагрузив его словом «жизнь». Можно долго убегать от реальности и оно же как будет погоней за мечтой, что очень редко бывает бесполезным. Ну очень редко. Вообще, любая совершенная работа не бывает бесполезной. Закон сохранения энергии - великая вещь. Куда ни кинь, сплошь и рядом. И везде работает. Совершая работу, для того чтобы произнести в очередной раз очередное слово, высвобождаешь очередную порцию энергии. Для того чтобы сделать, получить, найти нужно - потратить, потерять, подарить. Конкретизируя до смысла «слово» - Сказать.
В данном конкретном случае интересует, куда девается энергия, затраченная на сотворение слова. Воображение, подкрепленное фактами науки, принимается чертить картинки одна чудней другой. Сказанное слово? А слово произнесенное мысленно, подуманное? Энергия этого слова куда девается? А написанное слово? Этот последний вид слова самый энергоемкий и самый энергозатратный. Слово такой же инструмент высвобождения энергии как бомба, как обычная лампочка, как тот самый компьютер, с помощью которого это самое слово, то самое которое вы сейчас читаете, попало на ваши глаза.
Слово – заряд. Электрон, который, отделяясь от нейтрального атома, создает напряжение. То самое, местами еще таинственное, но ставшим обыденным и привычным действие, которое создает электрическое поле в проводниках. То самое поле, которое является носителем электрической энергии.

Каждый раз весело становится, когда называешь обыденные вещи другими названиями и именами. Или проводишь знак равенства между чем-то очевидным и не стоящим на первый взгляд энергозатрат, потому как давно обыденно. Так называемая баналь.

Игра слов.
Чем меньше пороков у человека, тем они порочней.

Фуга.
И это пойдет. Не успеешь порадоваться, как начнешь жалеть. И это пройдет…

Утверждение.
Делающий первый шаг сдвигает гору, которую успел нагородить во время стоянки.

Философема относительности.
Что сила мертвого против слабости живого.

Судьба.
Каждый раз, когда включаешь электрическую лампочку – поминаешь греков. (электрон – греческое название янтаря)

Повесть.
Крылья были коротки, но он этого не знал.

Характеристика.
Принципиально наивный.

( Про гвозди )

На сегодня насущным является вопрос раздражения душевного. Раздражения сравнимого разве что только с мегагерцами бегущего по проводам электрического тока. Раздражение срабатывает от внешнего события как от рубильника, как будто включили рубильник, замкнули. И пошла душа частотно трястись. Мелко мелко. Прмям как герцы. И на одном уровне. Как электроприбор.
Никогда не держали два провода от динамо-машины? Один держит провода, другой крутит ручку. Тот, который держит, чувствует, как герцы сбегают по проводам на руку. Все быстрей и быстрей, по мере увеличения усилий которого крутит. Пока выдержит, потом бросает. Тот, кто крутит, никогда первым не бросает…
Так и раздражение. Событие рубильник - бац! Есть замыкание. И сразу напряжение на привычные частоты. И только изоляция пованивает горелым. Изоляция внутреннего от ни в чем не повинного внешнего. Пованивает. Дымок от эпицентра поднимается. Вот глядя на дымок этот и рождаются рассуждения.

Ну, для начала чем это внешнее тебе обязано, или чем ты обязан, что вечно (что не правда) свое раздражение изолируешь. Вот заезженно заеденный постулат любви к себе вроде рекомендует себя принять таким как есть и любить… в засос любить. Сразу вспоминается довольное рыло свиньи, которая лежа в луже собственных фекалий, любит себя не отрываясь. И удовольствие получает море. Кстати, знаете, что у свиньи самый длинный в животном мире оргазм?
Ага, постулат любви к себе тут все же работает, если применить формулу Н плюс один равно любовь. Где Н, инстинкт самосохранения. Или, глядя на другую сторону медали - трусость. Иначе говоря, если своими герцами поделится с ближним своим – может возникнуть короткое замыкание чреватое уже не просто горелым. Обещаемая боль грозится из темных областей воображения и представления о неиспытанном, но от того еще более страшном, потому как у страха глаза велики.

Дым то все идет. Раздражение все раздражает. Пованивает. Искажает окружающее. Портит тебе восприятие. Действия предпринимаемые гадко заканчиваются. (да , не смотря на то что всего лишь дымится) Вопрос о причине герцев не стоит. Живой я а потому и реагирую на не понравившееся мне… (чуть ниже продолжу мысль)

Да, кризис мотивации… Хы. Современная поп психология делает доступным самоизлечение. Да. Это не так сложно как казалось. Но вот что бывает в результате то. Тараканы, игравшие роль лошадиных сил в моторе мотивации – истреблены. Машинка встала. Чего хотятся – не понятно. Тараканы тебя уже не двигают. ОЗ там, мании, и прочее. (о желании тоже ниже)Топливо нужно производить. А тут то надо понимать так что придется это топливо делать самостоятельно. Хош, новых тараканов , маний, агентов зависимости, а хош, просто интересуйся интересным. Да, у нас же кризис мотивации.

Угу, герцы все герцат.

Есть одно упражнение. Вот у вас возникло желание. И возникло стремление его выполнить… думаете это одно и то же? Если думаете, попробуйте эти свои желания выполнять не сразу. Или вообще не выполнять. Звучит достаточно просто. Может привести ко многому. Только это упражнение на не один день и даже месяц. В желания эти и насущные желания тела нужно включить. Тогда почувствуете что вы и тело ваше тоже не одно и то же. Желания. Хотите?

А раздражение - просто. Раздвоение – растроение отражений ощущений. Ну если наглядно то сидите и смотрите старое немое кино на белом полотне. Он там раздражение испытывает. А здесь рояль играет. :-)))

Я нес эту чушь через всю свою жизнь. Я нес ее через долы и горы. Через реки и леса. Через овраги пустыни, болота, лиманы и прочую географию. Переправлял эту чушь через водные препятствия На поднятых руках. Я поднимал эту чушь на в гору и с пускал эту чушь с горы на собственной спине. Хотя она пыталась мне помешать. Пыталась. Много раз и постоянно. Это была ее главная цель, мешать мне идти.
Итак, дамы господа, имею честь представить – чушь! Прошу любить и жаловать. Пользуйтесь ей на свое и чужое здоровье. Только хочу вас предостеречь. После столь длинного путешествия моя чушь стала очень хрупкой, а потому очень аккуратно, пожалуйста. Мне она еще дорога как память.